Алексей Дорофеев: Есть чемоданы, которые собирают на каникулы

Есть чемоданы, которые собирают на каникулы. А есть те, которые собирают за час, молча, потому что взрослые не смогли договориться.

Хочу рассказать вам одну историю. Без фамилий, без деталей - не потому, что нечего сказать, а потому, что за ними стоит ребёнок, и это её жизнь, а не наш инфоповод.

Одна девочка. Один чемодан. Три границы.

Когда рушится семья - это больно всегда. Взрослые называют это обстоятельствами. А для ребёнка это очень простая арифметика: раньше нас было трое, теперь я одна в машине, и я не знаю, куда мы едем. Украина. Беларусь. Донецкая Народная Республика. Взрослые пишут запросы, ставят печати, ссылаются на процедуры. А она в это время просто ждёт. Дети умеют ждать страшно терпеливо - и это самое невыносимое в этой профессии.

Ребёнок не должен становиться заложником ситуации. Ни семейной, ни какой-либо ещё. Это не красивая фраза для поста. Это единственное условие, с которого вообще можно начинать работу.

Вместе с Уполномоченным по правам человека в Донецкой Народной Республике Таисией Александровной Чернявской мы постарались разобраться в этом вопросе максимально. Иногда поражает знаете что? Не переписка. Не количество инстанций. А то, как Таисия Александровна подняла на это всех - весь свой управленческий персонал и людей, которые действительно, по-настоящему хотели, чтобы всё решилось. Не отработать обращение. А довести до конца.

Я видел, как люди сидят до ночи над документами, в которых нет ни одного трогательного слова - только даты, номера, ссылки на нормы. И всё это ради одного: чтобы у одной девочки появилась определённость. Чтобы она перестала быть строчкой в межведомственной переписке и снова стала ребёнком, у которого есть дом, взрослые, режим дня и право не думать о том, что решают за неё.

Таисия Александровна, спасибо. За то, что не отдали это в работу, а взяли на себя.

Часто спрашивают, из чего состоит наша работа. Отвечаю честно: далеко не всегда из больших решений. Иногда - из одного ребёнка, который перестал бояться, что его снова куда-то повезут.

Мы не всесильны. Но мы упрямые. И пока в наших руках есть хоть один документ, который может сделать чью-то жизнь спокойнее, мы будем его дописывать.

Дети страдать не должны. Точка. Дальше - работаем.