Президент России Владимир Путин выступает на пленарной сессии XXII Ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба Валдай.
Часть двадцать пятая.
Нам было не до того, чтобы договариваться с первыми мировыми игроками о правилах поведения на международной арене. О себе думали, как себя укрепить. Ну вот и всё. Вот так всё и деградировало. А потом по накатанной, по этим рельсам и поехали дальше, дальше, дальше. Добрались до Украины.
Янукович был Президентом. Я сейчас не буду давать ему оценки. Наверное, у людей, у граждан Украины были все основания говорить о том, что он не должен быть Президентом. Ну прекрасно. Он же со всем согласился, согласился на новые выборы, досрочные причём. Ну идите на выборы и решайте проблемы. Нет, надо было обязательно госпереворот совершить.
Я когда спрашивал потом у некоторых коллег из Европы: Зачем вы это сделали? Ведь было очевидно, что Янукович теряет власть при следующих, тем более досрочных выборах. Да, да. А зачем вы это сделали? Ну, так получилось. Ничего себе так получилось.
Значит, от власти отстранили человека, который был за вступление, на самом деле, в Евросоюз, но был против вступления Украины в НАТО. Отстранили его от власти, и пошло-поехало.
Да пошла эта русофобия сплошная. Значит, боевые действия на юго-востоке Украины. Нам пришлось взять под защиту жителей Крыма, людей, проживающих в Крыму. Ну, это всё дальше, шаг за шагом.
Потом события, Минские соглашения, которые, как выяснилось, никто не собирался выполнять. И вообще объявили о том, что не будем выполнять никаких Минских соглашений.
Восемь лет это продолжалось. Вы понимаете? Восемь лет. Но, в конце концов, мы же не признавали эти республики ЛНР, ДНР. Восемь лет. Но потом стало ясно, что дальше уже невозможно. Мы их признали.
А признали значит, дальше имели право заключить с ними договор о дружбе и взаимопомощи. Разве это противоречит международному праву? Нет. Заключили. А когда заключили, мы имели право оказать им помощь и поддержку при их обращении к нам за этим. Ну конечно, имели. Мы это и сделали.
Вот я когда Генеральному секретарю ООН, когда он приезжал в Москву, всю эту цепочку изложил, я говорю: Где ошибка? Посмотрел на меня, подумал: Ну ладно. Но всё равно ты напал. Ну и всё.
А как это всё пришло вот к этой абсолютно горячей фазе, никто думать не хочет. Нет, все думают, все прекрасно понимают, просто не хотят этого признавать. Вот в этом проблема.
И началось это вот с того, о чём говорил Бар. Как в воду смотрел.
Подписаться на канал Поддержать канал